Неточные совпадения
Он непринужденно и ловко разменялся с некоторыми из дам приятными словами, подходил к той и другой дробным, мелким шагом, или, как говорят, семенил
ножками, как обыкновенно делают
маленькие старички щеголи на высоких каблуках, называемые мышиными жеребчиками, забегающие весьма проворно около дам.
Светленькие волоски, в
маленькие локончики барашком взбитые, губки пухленькие, аленькие,
ножки — прелесть!..
— Те что? Такие же замарашки, как я сама, — небрежно говорила она, — они родились в черном теле, а этот, — прибавляла она почти с уважением об Андрюше и с некоторою если не робостью, то осторожностью лаская его, — этот — барчонок! Вон он какой беленький, точно наливной; какие
маленькие ручки и
ножки, а волоски как шелк. Весь в покойника!
— Что ты, Бог с тобой! Теперь гулять, — отвечает она, — сыро,
ножки простудишь; и страшно: в лесу теперь леший ходит, он уносит
маленьких детей.
Затем он подумал, что Варвара довольно широко, но не очень удачно тратила деньги на украшение своего жилища. Слишком много мелочи, вазочек, фигурок из фарфора, коробочек. Вот и традиционные семь слонов из кости, из черного дерева, один — из топаза. Самгин сел к
маленькому столику с кривыми позолоченными
ножками, взял в руки
маленького топазового слона и вспомнил о семерке авторов сборника «Вехи».
Выступали артисты, ораторы.
Маленькая, тощенькая актриса Краснохаткина, окутанная пурпуровым шелком, из-под которого смешно выскакивали козьи
ножки в красных туфельках, подняв к потолку черные глазки и щупая руками воздух, точно слепая, грустно читала...
«Бедно живет», — подумал Самгин, осматривая комнатку с окном в сад; окно было кривенькое, из четырех стекол, одно уже зацвело, значит — торчало в раме долгие года. У окна
маленький круглый стол, накрыт вязаной салфеткой. Против кровати — печка с лежанкой, близко от печи комод, шкатулка на комоде, флаконы, коробочки, зеркало на стене. Три стула, их манерно искривленные
ножки и спинки, прогнутые плетеные сиденья особенно подчеркивали бедность комнаты.
Лонгрен поехал в город, взял расчет, простился с товарищами и стал растить
маленькую Ассоль. Пока девочка не научилась твердо ходить, вдова жила у матроса, заменяя сиротке мать, но лишь только Ассоль перестала падать, занося
ножку через порог, Лонгрен решительно объявил, что теперь он будет сам все делать для девочки, и, поблагодарив вдову за деятельное сочувствие, зажил одинокой жизнью вдовца, сосредоточив все помыслы, надежды, любовь и воспоминания на
маленьком существе.
— Боже ты мой, что за украшение! — вскрикнул он радостно, ухватив башмаки. — Ваше царское величество! Что ж, когда башмаки такие на ногах и в них, чаятельно, ваше благородие, ходите и на лед ковзаться, [Ковзаться — кататься на льду, скользить.] какие ж должны быть самые
ножки? думаю, по
малой мере из чистого сахара.
Никогда, бывало, ее не ласкаю, а вдруг, как минутка-то наступит, — вдруг пред нею так весь и рассыплюсь, на коленях ползаю,
ножки целую и доведу ее всегда, всегда, — помню это как вот сейчас, — до этакого
маленького такого смешка, рассыпчатого, звонкого, не громкого, нервного, особенного.
С Титом Никонычем сначала она побранилась и чуть не подралась, за подарок туалета, а потом поговорила с ним наедине четверть часа в кабинете, и он стал немного задумчив,
меньше шаркал
ножкой, и хотя говорил с дамами, но сам смотрел так серьезно и пытливо то на Райского, то на Тушина, что они глазами в недоумении спрашивали его, чего он от них хочет. Он тотчас оправлялся и живо принимался говорить дамам «приятности».
Грациозная фигура Вареньки плыла около него, незаметно, вовремя укорачивая или удлиняя шаги своих
маленьких белых атласных
ножек.
Через минуту в кош вошел Половодов. Он с минуту стоял в дверях, отыскивая глазами сидевшую неподвижно девушку, потом подошел к ней, молча поцеловал бледную руку и молча поставил перед ней на
маленькую скамеечку большое яйцо из голубого атласа на серебряных
ножках.
Девочка действительно была серьезная не по возрасту. Она начинала уже ковылять на своих пухлых розовых
ножках и довела Нагибина до слез, когда в первый раз с счастливой детской улыбкой пролепетала свое первое «деду», то есть дедушка. В мельничном флигельке теперь часто звенел, как колокольчик, детский беззаботный смех, и везде валялись обломки разных игрушек, которые «деду» привозил из города каждый раз.
Маленькая жизнь вносила с собой теплую, светлую струю в мирную жизнь мельничного флигелька.
Я останавливался и смеялся от счастья, глядя на их
маленькие, мелькающие и вечно бегущие
ножки, на мальчиков и девочек, бегущих вместе, на смех и слезы (потому что многие уже успевали подраться, расплакаться, опять помириться и поиграть, покамест из школы до дому добегали), и я забывал тогда всю мою тоску.
Внаймы смолокуровского дома сдать было некому — у каждого купца, у каждого мещанина хоть кривенький домишко, да есть, — у чиновных людей, что покрупнее, были свои дома, а мелкая сошка перебивалась на
маленьких квартирках мещанских домов — тесно там, и холодно, и угарно, да делать нечего — по одежке протягивай
ножки.
Над его головой на одном из больших неуклюжих камней стоял
маленький мальчик в одной рубахе, пухлый, с большим, оттопыренным животом и на тоненьких
ножках, тот самый, который раньше стоял около бабы.
Наконец я перебрался через это болото, взобрался на
маленький пригорок и теперь мог хорошо рассмотреть хату. Это даже была не хата, а именно сказочная избушка на курьих
ножках. Она не касалась полом земли, а была построена на сваях, вероятно, ввиду половодья, затопляющего весною весь Ириновский лес. Но одна сторона ее от времени осела, и это придавало избушке хромой и печальный вид. В окнах недоставало нескольких стекол; их заменили какие-то грязные ветошки, выпиравшиеся горбом наружу.
Аляповатые лубки изображали их в виде
маленьких смешных полуобезьян, с хвостами крючком и с птичьими
ножками, и всюду они представлялись только проказниками, то прячущимися в рукомойники, где их монахи закрещивают и запирают, то принимающими вид девиц, то являющимися в виде свиней, больших ящериц, змей или собак.
Рядом с начальницей стоял, слегка опираясь на спинку ее кресла, совсем
маленький, старенький лысый гусарский генерал в черном мундире с серебряными шнурами, в красно-коричневых рейтузах, туго обтягивавших его подгибающиеся тощие
ножки.
Пробежав спальню и узкий шинельный коридорчик, Александров с разбега ворвался в дежурную комнату; она же была и учительской. Там сидели двое: дежурный поручик Михин, он же отделенный начальник Александрова, и пришедший на вечернюю репетицию для учеников, слабых по тригонометрии и по приложению алгебры, штатский учитель Отте,
маленький, веселый человек, с корпусом Геркулеса и с жалкими
ножками карлика.
— К вашим услугам, Владимир Ефимыч, — ответил Ромашов с фальшивой развязностью, но дрогнувшим голосом. Он нагнулся, сорвал прошлогоднюю сухую коричневую былинку и стал рассеянно ее жевать. В то же время он пристально глядел, как в пуговицах на пальто Николаева отражалась его собственная фигура, с узкой
маленькой головкой и крошечными
ножками, но безобразно раздутая в боках.
Между тем как дело шло на пульку, неутомимая Пелагея принесла на
маленький столик поднос с графином и стаканчиками на
ножках, потом тарелку с селедками, пересыпанными луком. Селедки хотя и были нарублены поперек, но, впрочем, не лишены ни позвоночного столба, ни ребер, что им придавало особенную, очень приятную остроту. Игра кончилась мелким проигрышем и крупным ругательством между людьми, жившими вместе целый бостон. Медузин был в выигрыше, а следовательно, в самом лучшем расположении духа.
Может быть, он и тогда, при жизни мужа, уж думал:"Мерзавец этот Савка! какую штучку поддел! вон как она ходит! ишь! ишь! так по струнке и семенит
ножками!"И кто же знает, может быть, он этому Савке, другу своему, даже подсыпал чего-нибудь, чтоб поскорей завладеть этою
маленькою женщиной, которая так охотно пойдет за тем, кто первый возьмет ее за ручку, и потом всю жизнь будет семенить
ножками по струнке супружества!
С Никитичем действительно торопливо семенила
ножками маленькая девочка с большими серыми глазами и серьезным не по летам личиком. Когда она уставала, Никитич вскидывал ее на одну руку и шел с своею живою ношей как ни в чем не бывало. Эта Оленка очень заинтересовала Нюрочку, и девочка долго оглядывалась назад, пока Никитич не остался за поворотом дороги.
В руках у Арины Прохоровны кричало и копошилось крошечными ручками и
ножками маленькое, красное, сморщенное существо, беспомощное до ужаса и зависящее, как пылинка, от первого дуновения ветра, но кричавшее и заявлявшее о себе, как будто тоже имело какое-то самое полное право на жизнь…
7) Водяной дрозд, почти такой же величины, как певчий, или немного его поменьше, темно-пепельного цвета;
ножки очень черны; под горлом имеет белое пятно; он держится по
маленьким речкам и ручьям и бегает по их бережкам; он нередко перебегает по дну речки с одного берега на другой, погружаясь в воду на аршин и более глубиною, даже ловит мелкую рыбешку; нос имеет прямой и жесткий, светло-рогового цвета.
По стене стояли
маленькие золоченые стулья, между которыми там и сям находились мраморные столики на золоченых
ножках.
Высокая грудь,
маленькие руки с тонкими пальцами, миниатюрные
ножки довершали чисто классическую прелесть этой женщины, с гордым, властным видом стоявшей за прилавком и с видом полководца распоряжавшейся армией «гарсонов».
Кобылица была, точно, дивная, ростом не великонька, в подобье арабской, но стройненькая, головка
маленькая, глазок полный, яблочком, ушки сторожкие; бочка самые звонкие, воздушные, спинка как стрелка, а
ножки легкие, точеные, самые уносистые.
Потеряв щедрую «кузинку», Малгоржан принялся с горя объяснять свою восточную страсть Лидиньке Затц и был ею утешен в самом непродолжительном времени.
Маленький Анцыфрик стал было ревновать, но Лидинька каждый раз его просто-напросто била за столь неуместное, непоследовательное и дикое чувство. И каждый раз после такой трепки злосчастный пискунок взмащивался с
ножками на подоконнике и принимался горько плакать, думая себе, за что это он уродился таким несчастным, что все его обижают.
По выражению их лиц не трудно было заметить, что все они, от старого до
малого, готовы сейчас же пасть к грациозным
ножкам молоденькой танцовщицы.
— Синьора, я не ходил, я послал Луизу, — раздался хриплый голос за дверью, — и в комнату, ковыляя на кривых
ножках, вошел
маленький старичок в лиловом фраке с черными пуговицами, высоком белом галстухе, нанковых коротких панталонах и синих шерстяных чулках.
И ринулся
маленький, семеня
ножками, к доске и вытащил из-за нее спрятавшегося Клишина…
На утреннем ветерке мельницы там и тут, по всему горизонту, махали крыльями: большие, шатровые мельницы и
маленькие избушки на курьих
ножках с торчащим вбок воротом, которым мельник, весь в муке, подлаживал крылья под ветер.
Лето стояло жаркое, и с каждым днем мух являлось все больше и больше. Они падали в молоко, лезли в суп, в чернильницу, жужжали, вертелись и приставали ко всем. Но наша
маленькая Мушка успела сделаться уже настоящей большой мухой и несколько раз чуть не погибла. В первый раз она увязла
ножками в варенье, так что едва выползла; в другой раз спросонья налетела на зажженную лампу и чуть не спалила себе крылышек; в третий раз чуть не попала между оконных створок — вообще приключений было достаточно.
Две
маленькие скамеечки, небольшой столик на низеньких
ножках, нечто вроде шкафа или комода в углу на кане и сундук, ярко окрашенный, с медным замком, дополняют убранство гольдской фанзы.
Но всеблагое Провидение, ведающее меру человеческого терпения, смилостивилось: зеленые суконные портьеры, закрывавшие дверь противоположного входу конца покоя, распахнулись, и вдоль залы, быстро кося
ножками, прожег
маленький борзый паучок, таща под мышкой синюю папку с надписью «к докладу», и прежде, чем он скрылся, в тех же самых темных полотнищах сукна, откуда он выскочил, заколыхался огромный кит…
«Стригуны» вальсируют солидно, «скворцы» прыгают и изгибаются; Фуксёнок, при
малом своем росте, представляется бесплодно стремящимся достать до плеча своей дамы; князек «Соломенные
Ножки» до того перегнулся, что издали кажется совершенным складным ножиком...
А у Коли Собачкина было действительно целое сходбище. Тут присутствовал именно весь цвет семиозерской молодежи: был и Фуксёнок, и Сережа Свайкин, и
маленький виконтик де Сакрекокен, и длинный барон фон Цанарцт, был и князек «Соломенные
Ножки». Из «не-наших» допущен был один Родивон Петров Храмолобов, но и тот преимущественно в видах увеселения. Тут же забрался и Фавори, но говорил мало, а все больше слушал.
Вздыхает море. Во тьме, над перешейком острова, рисуется пиния, как огромная ваза на тонкой
ножке. Ослепительно сверкает Сириус, туча с Монте-Соляро сползла, ясно виден сиротливый
маленький монастырь над обрывом горы и одинокое дерево перед ним, как на страже.
— Серсе приказал: лупи, а кто можно против серсе на кулачка маршир. Ах! если бы ваш величество видел la mia cara, [Мою дорогую (ит.).] то простил моя. Глазка востра, бел, как млеко, нежна голосок, как флейтошка,
ножка тоненька, маленька,
меньше, шем у княжен, проворно тансуй, прыжки таки болша делай и така молоденька!..
Раз проехал мнимый ямщик под самыми окнами Мариорицы и мимо
маленького дворцового подъезда. Какая досада! никого не видно. В другой, объехав две-три улицы и возвращаясь опять к крыльцу, как бы очарованному для него, он заметил издали мелькнувшие из сеней головы. Ближе — нельзя сомневаться: это головы женские. На лестнице, сошедшей в улицу, захрустел снег под
ножками; хрустнуло и сердце у Волынского. Сильною рукою замедляет он шаг коней.
Покрытые пушком, полненькие щечки с ярким румянцем и правильный носик, с раздувающимися ноздрями придавали ее лицу необыкновенную прелесть,
маленькие грациозные
ножки и миниатюрные, как бы высеченные из мрамора ручки довершали очарование этой дочери Сибири, которая могла бы поспорить с любой красавицей палящего юга.
Вместе с Степанидой что-то принес для стола карлик, в серой паре из бумажной материи, очень
маленький, с белокурой большой детской головой, безбородый, румяный, на коротких
ножках, так что он переваливался с боку набок.
На
маленьком, иссохшем тельце ее, помещенном на тоненьких крепких воробьиных
ножках, было шелковое темное платье, всегда шумевшее, потому что полковница двух секунд не могла пробыть в покое.
Старые что
малые, хочется, чтобы пожалел кто, а старых-то никому не жалко. (Целует Серебрякова в плечо.) Пойдем, батюшка, в постель… Пойдем, светик… Я тебя липовым чаем напою,
ножки твои согрею… Богу за тебя помолюсь…
— В любви все дело минуты, — продолжал он каким-то даже страстным голосом, — например, я десять бы лет жизни отдал, если бы вы позволили мне поцеловать божественную вашу
ножку… — И барон при этом указал глазами на
маленькую и красивую
ножку княгини, выставившуюся из-под ее платья.
Между тем Аристотель дал знать
маленькому чиновнику межеумочного разряда, чтобы он оставил их одних; присутствие нечистого создания расстроивало их союз. Это было немедленно исполнено с таким проворством и ловкостью, что Эренштейн не заметил, как он ускользнул. В этом случае и коротенькая
ножка, вместо запятых, делала исполинские восклицания, боясь задержать своего повелителя.
Ее
маленькие ручки были обтянуты белыми лайковыми перчатками, а из-под короткого платья выглядывали крошечные
ножки, обутые в белые туфельки. Взглянув на нее, Лора сжала губы, а Елен нахмурилась. Обе почувствовали, что они перед этой всепобеждающей красотой — ничто.